Палатка с табличкой «Свердловск» была первой у СБУ в 14-м

06 апреля 2018

главная 6

Свердловчане вспоминают жизнь на баррикадах Луганска во время «Русской весны»

Четыре года назад, шестого апреля, в центре Луганска под комплексом зданий  областного управления СБУ собрались митингующие. Люди, несогласные с политикой Киева, требовали освободить задержанного днем ранее Алексея Карякина и других своих соратников. Они пришли говорить, но их не захотели слушать.  Не было плана брать СБУ. Но именно здесь берет начало ЛНР

Первые квадратные метры Луганской Народной Республики, как позже назовут СБУ, защищали, что называется, всем миром. Быстро вырос палаточный городок, где люди жили постоянно или куда приходили изо дня в день, как на работу. А порой и прибегали, бросив все, по малейшей тревоге, услышав только намек на возможную атаку. Сейчас, оглядываясь назад и анализируя все факты, многие склоняются к мысли, что события могли и, по расчетам сторонников майдана, должны были пойти по другому сценарию. Изменили их ход люди. Неравнодушные, идейные, уверенные в собственной правоте жители Донбасса. У каждого из них своя история. Историй этих – тысячи. Вот пять из них, от свердловчан, членов организации «Самооборона Свердловска», очевидцев и активистов событий, известных как «Русская весна».

Анна Антюфеева: «Я хотела, чтобы для моих детей героями были те же люди, что и для нас»

Анна

Анна помнит, что в первые дни, пока улеглась суматоха, в лагере было страшновато. Она, как и многие, всегда держала под рукой биту, на всякий случай, мало ли что случится. Оружия не было вообще. Потом безопасность лагеря наладили, поставили часовых, ввели обязательный обыск на входе

Шестого апреля 2014-го Анна Антюфеева не отрывала глаз от телевизора – свердловчанка следила за прямой трансляцией из Луганска. Когда ее муж Юрий вечером вернулся с работы, Аня встречала его новостью – СБУ взяли. Юрий в этот же вечер поехал туда, Аня отправилась за ним утром следующего дня.

– Мы поехали вдвоем с Наташей Хмылко. Познакомились с ней еще в марте на свердловских митингах, тогда она тоже была в самообороне города, а сейчас служит, – рассказывает Анна. – Под СБУ мы провели безвылазно три дня. Людей было очень, очень, очень много! Сутки пробыли там кое-как, в постоянном напряжении – ждали, что вот-вот пойдут танки. Начали сооружать баррикады. Было ощущение, что кто-то запустил живой механизм, где каждый знает, что делать. В ход шло все, что было под рукой. Тащили мешки, шлакоблок со стройки неподалеку. С СТО-шек везли шины. Первое время покушать приносили местные. Потом ребята достали с СБУ полевую кухню. Ее раскочегарили, стали раздавать чай. Я съездила в Свердловск, привезла палатку, котелки…

Юрий Антюфеев домой не ездил вообще, Анна – дежурила: сутки была дома с детьми, сутки – в лагере. Говорит, 9-15 свердловских волонтеров находились там постоянно. Такой порядок был во всем палаточном городке. Надеялись, что военные не пойдут штурмом на мирных людей. И стоило только объявить тревогу по громкоговорителю, еще сотни людей бежали к лагерю отовсюду, становились живым щитом. Может, это сыграло свою роль в том, что зачистка так и не началась. А может, и то, что у СБУ было много иностранной прессы. Кстати, ребята с гордостью говорят, что и все журналисты, и Алексей Карякин, любили кушать именно в нашем «кафе» – так они называют полевую кухню, которую организовали свердловчане во главе с Аней. А журналист с российского канала РЕН ТВ даже была у Ани дома.

«Где родители? На войне»

Как проходят дежурства Анны Антюфеевой, рассказала и показала в программе «Неделя с Марианной Максимовской» на канале РЕН ТВ журналист Анастасия Пак. Сюжет «Слабый полк: женское лицо украинской контрреволюции в Луганске» вышел в эфир 19 апреля 2014-го. С нашей Аней автор сюжета знакомит зрителей в тот момент, когда боевая подруга делает ей хвостики с лентами цвета российского триколора. Героиня сюжета улыбается – говорит, такое чувство, что снова вернулась во времена студенческих стройотрядов. 

4 5

– Мы были усталые, но счастливые, – продолжает рассказывать Аня. – Я приезжала к СБУ вечером. Отработала, детей накормила – и поехала. Сразу же становилась готовить. Готовили мы много, процесс был непрерывный. Кормили своих ребят, десантников, просто люди подходили. Всю ночь, потом целый день. Вечером домой. Не было такого, чтобы готовить было из не из чего. Помогали все! В Свердловске собирала продукты и вещи Ольга Сорочук – один пункт приема был рядом с налоговой, второй в ДК. Хватало и на общую кухню, и на нашу – обычно загружали легковую машину так, что еле втискивался за руль водитель. В лагере была отдельная палатка с продуктами. Деньги, которые давали люди, шли в основном на чай и кофе – по ночам почти никто не спал, дежурили, грелись. Вообще на каждом дежурстве у меня была сумка и тетрадка, куда я записывала, сколько денег принесли, на что потратили. Для порядка, никто не сомневался, что все пойдет в общее дело, все все видели. Все знали, почему мы здесь.

Ответ на вопрос «Почему?» Анна сформулирована для себя давно и четко: «Я, как мать троих детей, не хотела, чтобы мои дети кричали: «Бандере слава!». Я хотела, чтобы для моих детей героями были те же люди, что и для нас». Ее старшему сыну тогда было 27, а 18-летняя дочка, пока не было родителей, сидела с 6-летним братиком. Галя и маленький Глеб были в сюжете. Встречали маму тихо, сонные, но радостные. Глеб, уже привыкший, что от нее всегда пахнет костром, крепко-крепко обнимал за шею. На вопрос «Где твои родители?» ответил сразу. «На войне».

Игорь Титов: «А наши шахтеры прямо с баррикад ехали на вторую смену»

– Палатка с табличкой «Свердловск» была одной из первых под СБУ. А может даже и самой первой. С нее начался палаточный городок, – вспоминает еще один активист «Русской весны» Игорь Титов. Он, как и чета Антюфеевых, частный предприниматель. Говорит, в Свердловске до войны прожил четыре года, и за время событий 14-го у него появилось здесь столько друзей! Причем речь о настоящих друзьях, надежных. С ними Игорь был в «Самообороне Свердловске», на митингах, блок-постах… В палаточном городке у Луганского СБУ – тоже.

Игорь и Наталья

 

Игорь Титов и Наталья Хмылко

 

– Основной удар мы ждали со стороны квартала имени Пролетариата Донбасса – там находилась ближайшая воинская часть. Пограничникам, чтобы доехать, нужно было полгорода пересечь, их бы заметили. А тут – мало того, что совсем рядом, так еще и преимущество у них – мы на горе, а они в низине, – вспоминает Игорь. – Поэтому связь налаживали очень быстро, информацию о любых перемещениях людей или техники передавали по рациям и с «городка», и с квартала Молодежного, где находилась еще одна воинская часть. Шла прямая трансляция с нижней баррикады, паренек из жилого дома поставил на 2 или 3 этаже камеру, которая показывала в онлайн режиме, что происходит в палаточном городке. 

А происходило вот что – люди готовились к обороне. Всеми силами. Помощь шла отовсюду. Подъехала грузовая машина с бревнами. Откуда? Из Станицы передали. Разгружать ее тут же бросилась группа ребят, совсем молодые мальчишки. Откуда? Из Запорожья. Со всей области ехали люди, каждая палатка была подписана – Краснодон, Молодогвардейск, Старобельск, Счастье… 

– У меня, как и у многих, день начинался здесь, в Свердловске, но вечером все равно нужно отвезти ребятам в Луганск покушать. Свердловчане изо всех сил старались облегчить жизнь ребятам на баррикадах, несли вещи, продукты, деньги… Доходило до того, что привозили гигантскими кастрюлями борщ! «Отвезите ребятам, ребятам же там кушать хотят!». Пирожки – целыми листами. Сигареты – блоками. Элементарно, клубника, вишни пошли. Смотришь и думаешь: «Блин, я тут поем, а они? А они даже не видят». Идешь на рынок, покупаешь килограмма по два, по три ягоды, везешь ребятам. А шахтеры наши? Многие же прямо с баррикад ехали на вторую смену…

«Стоп-кран был сорван»

– Я общался потом с теми, кто вел людей на СБУ. Никто не собирался его брать. Хотели добиться освобождения людей – и все. Хотя говорить, по сути, уже было не с кем, начальник СБУ, насколько я помню, в тот момент был уже далеко. Кордон вокруг СБУ был человек тридцать. Они шагами стали оттеснять от дверей митингующих. Тут уже стоп-кран был сорван, ничего уже нельзя было остановить, и в тот момент уже никто не мог ручаться, что произойдет. Пока наши бросились по этажам, те, кто был в здании, ушли через задний двор. Там ждали машины, уехали они быстро. Много оружия вывезли, но и осталось очень много. Почему не пустили его в ход? Возможно, остановило присутствие иностранных средств массовой информации, их усилиями мир быстро увидел бы лицо украинской власти…

У руководителя исполнительного комитета Свердловского территориального отделения ОД «Мир Луганщине» Анны Чикулдаевой другое мнение на этот счет. Она уверена, что на той стороне хотели, чтобы активисты «Русской весны» здание СБУ заняли и оружие нашли:

– Думали, СБУ захватят, оружие разойдется, начнется хаос, и эта ситуация покажет всему миру, какие мы тут «террористы». Не вышло. Когда мы приехали на баррикады, было впечатление не хаоса, а улья. Все гудело, все были заняты делом. Порядок. Сплоченность. Вера в общую идею.

3 6

 

5 4

Продолжение -  в следующем номере газеты «Восточный Донбасс», 11 апреля

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

вверх